Публикации / Власть
С вещами ― на выход!

Несколько неожиданное, хотя и молниеносное освобождение в начале апреля Юрия Луценко и Георгия Филипчука дало старт разговорам и размышлениям на тему «кто следующий?» и «дай бог не последний». В первую очередь, конечно же, речь идет о дальнейшей судьбе Юлии Тимошенко.

луценко2 В принципе, об освобождении Луценко начали говорить еще несколько месяцев назад, перед оглашением решения апелляционного суда. Сначала многие надеялись на то, что именно суд оправдает экс-министра внутренних дел, но когда приговор все-таки остался в силе, то оставалось уповать лишь на президентское помилование. ?, надо сказать, дело не выглядело совсем безнадежным. ?бо еще 1 марта, отвечая на вопрос о возможности помилования Луценко, Виктор Янукович заявил: «Закончится кассационный суд, если он его не освободит - я буду рассматривать вопрос о его помиловании, тогда подойдет моя очередь... Мне как человека его жалко. Он в сложном положении находится».

Как оказалось, жалко Луценко было настолько сильно, что освободили его в довольно необычайной манере. Дело в том, что в официальном порядке помилования, который  утверждается указом президента, написано, что прошение о помиловании может подать только сам осужденный и только после вступления приговора в законную силу. Президент действительно дождался, пока не закончится рассмотрение в апелляционном суде, но вместо самого Луценко прошение о помиловании подала уполномоченная по правам человека Лутковская. То, что это прошение было рассмотрено по крайне ускоренной процедуре (менее двух дней), лишь добавило необычности происходящему.

 

Освобождение Луценко достигло, как минимум, одной - главной - цели: Европа увидела, что украинская власть, в принципе, может делать то, чего от нее добиваются. То есть безнадежным Януковича теперь, очевидно, не считают. Более того, вероятно, даже возлагают еще большие надежды. Ведь если смог помиловать Луценко, то значит, что может замахнуться на большее и помиловать, не побоюсь этого слова, ЕЁ?

А почему бы и нет? Ведь если Янукович продолжает уверенно декларировать основной стратегической целью евроинтеграцию, то, по идее, он должен предпринимать максимум усилий для выполнения как можно большего количества требований, предъявленных Украине Европой. Ведь президент надеется на то, что в ноябре этого года Европейский Союз подпишет, наконец-то, злосчастные договоры  об ассоциации и о зоне свободной торговли. Освобождение Тимошенко, хотя и не является единственным пунктом украинской «домашней работы» перед осенним саммитом «Восточного партнерства», но его выполнение позволило бы европейцам закрыть глаза на другие недоработки, коих, несомненно, будет в избытке.

Это все, повторимся, при условии, что публичные заявления Януковича не расходятся с его истинными намерениями. А разве можем мы позволить себе усомниться в честности нашего президента? Впрочем, даже если и можем, то презумпция невиновности все равно обязывает нас доверять, пока не будет доказано обратное.

Тем более что некоторые детали позволяют нам надеяться на лучшее. Так, например, на прошедшей неделе несколько женщин-депутатов Верховной Рады подали президенту Януковичу прошение о помиловании Тимошенко и, в отличие от многих предыдущих подобных прошений, этому документу был дан официальный ход. Пресс-служба Януковича сообщила даже, что президент принял данное прошение ко вниманию. Что бы сие ни означало.

Кроме того, Янукович также описал формальную сторону дела почти что в таких же выражениях, как и в случае с Луценко. Так, говоря о возможности помилования Тимошенко, он сказал, что чем быстрее будут завершены два суда по ее делам, тем скорее появится возможность подойти к рассмотрению вопроса о помиловании: «Мои полномочия будут работать после завершения этого процесса». То есть, в принципе, ничто не может помешать Януковичу помиловать Тимошенко точно так же, как это было сделано с Луценко.

В продолжение параллелей с помилованием Луценко также можно вспомнить и комментарии Елены Лукаш - министра Кабинета министров, а также и члена комиссии по вопросам помилования при президенте. По ее словам, принимая решение о помиловании Юрия Луценко, комиссия исходила из гуманности и необходимости реализации политики президента по декриминализации и гуманизации украинского законодательства: «Эта политика направлена на приведение украинского законодательства в соответствие с европейскими стандартами в вопросах защиты прав и свобод человека».

Почему бы те же самые принципы гуманности нельзя было бы применить и к Тимошенко? Тем более, что она постоянно жалуется на проблемы со здоровьем, а немецкие врачи готовы взять ее к себе на лечение. ? Янукович таким образом убил бы сразу нескольких зайцев. Во-первых, Тимошенко все равно не смогла бы принять участие в выборах - помилованием судимость не снимается, а без снятой или погашенной судимости нельзя никуда баллотироваться. Во-вторых, Европа осталась бы довольной и, может быть, подписала и даже  ратифицировала бы договор об ассоциации, не выдвигая Украине все новых требований. В-третьих, выпустив Тимошенко на волю, то есть дав возможность журналистам общаться с ней без помех, Янукович внес бы необычайное оживление в жизнь нынешней украинской оппозиции, окончательно перессорив между собой всех ее членов. Более того, таким образом он, вероятно, облегчил бы себе борьбу на президентских выборах 2015-го.

Однако Янукович и его команда пока что не спешат порадовать ни себя, ни Европу, ни оппозицию. Впрочем, регионалы всегда предпочитали торопиться не спеша. Сегодня даже г-жа Лутковская, сыгравшая не последнюю роль в освобождении Луценко, говорит, что обращаться к президенту с просьбой о помиловании Тимошенко преждевременно, так как  в отношении ее еще не завершены судебные процессы (коих, напомним, два - о финансовых нарушениях корпорации "Единые энергетические системы Украины" и об убийстве народного депутата Щербаня в 1996 году). То есть, если ждать окончания этих процессов, то до ноября можно и не успеть выпустить Тимошенко. А после этого уже может и не быть никакого внешнего стимула.

Впрочем, команда президента уже один раз показала, что может довольно вольно обращаться с установленным порядком помилования. ? непонятно, почему бы не сделать это еще раз? Особенно если Европа просит?

Владимир Резун