Среда, 18 сентября, 22:49
Публикации / Время, назад
Записки наркотизатора: анестезиологам 70-х посвящается
14.06.12 08:07 / Время, назад   Просмотров: 10656   Автор: Сергей Симонов
рейтинг: 2.59   версия для печати послать другу

С 1975 по 1980 годы я работал анестезиологом-реаниматологом в небольшом, но сильно промышленном городе Донбасса. Зарплата была в полтора-три раза меньше зарплаты рабочих основных производств города. Но особая прелесть заключалась в том, что  отделения анестезиологии-реаниматологии еще не существовало (в 1980 году я участвовал в его создании), а поэтому и не было, как сейчас у анестезиологов, посменной работы. 

Cергей Симонов1 Предисловие, или Пять лет домашнего ареста

Но наркозы-то и реанимационную помощь необходимо было проводить круглосуточно, поэтому работали мы с шефом, Тульновым Евгением Георгиевичем, с 8.00 до 17.45 - на полторы ставки в больнице, а с 17.45 до 8.00 -  на постоянном дежурстве на дому.

 Выехать из города без разрешения главврача - нельзя, отправляясь к друзьям, за покупками, в ресторан - необходимо было обязательно сообщать адрес и номер телефона.

Откуда меня только не забирали после работы на срочные наркозы и реанимацию: из  дома,  кинотеатра,   автовокзала,   с собственного дня рождения,  празднования 23 февраля ...

В течение пяти лет я должен был быть ежесекундно, ежеминутно здоров, трезв и готов к немедленной работе. Я научился не терять контроль над собой при принятии спиртного, спать стоя на работе в минуты отдыха, а чтобы слышать звонок телефона, не закрывать двери в туалете.

До сих пор я сажусь в кинотеатрах и концертных залах только на крайние места, помня, как в середине сеанса, после слов фельдшера «скорой помощи»: - Доктор Симонов - на выход! - приходилось поднимать половину ряда!

Такими были все пять лет моей работы анестезиологом-реаниматологом - пять лет «домашнего ареста».

Советское государство выжимало из анестезиологов все соки - и выбрасывало. Но мы-то ещё не все «вымерли», хотя анестезиологов моего поколения осталось очень мало. Мой шеф Тульнов умер в машине «скорой помощи»  от инфаркта - в  37 лет; первый заведующий нашего  отделения анестезиологии Писарев - от инсульта в 45, нет уже и многих анестезиологов из поколения, пришедшего после меня. А я как-то проскочил, почти дожил до мизерной пенсии. Правда, с тремя инфарктами, побывав на том свете, но дожил.

Короткие рассказики о том времени я писал почти 10 лет: с 1997-го по 2009-й.. Написанное - не сказки. Так было.

Премедикация к наркозу или Anamnesis Vitae (история жизни, описываемая при заполнении истории болезни)

Родился в семье врача (мама) и бухгалтера (отец), и родительские гены чувствуются: всю жизнь проработал врачом и очень любил медленно считать-пересчитывать свою «большую» зарплату. Внешне и характером похож на отца, но мамина наследственность одержала верх. За компанию с первой любовью - одноклассницей Людмилой поехал поступать в мединститут. ?нститут окончил врачом-лечебником и был направлен в свой родной город. Во время интернатуры с удовольствием подрабатывал врачом «скорой помощи», что в дальнейшем утвердило меня в желании стать врачом-анестезиологом. Проработав полгода участковым врачом, случайно встретился со своим будущим шефом: оказалось, городу крайне нужны врачи-анестезиологи. Я предложил себя и  был направлен на пятимесячные курсы, откуда и вышел с корочкой: врач анестезиолог-реаниматолог.

Первый наркоз или Anamnesis (история болезни)

На анестезиолога-реаниматолога учили меня в основном теоретически. Когда вернулся,  Тульнов, мой старший коллега и учитель, два года   толком   не отдыхавший, на радостях ушел в отпуск и уехал подальше от города, чтобы не нашли и не смогли вызвать.

Через несколько дней урологам срочно понадобился наркоз для тяжелой больной с гнойным воспалением левой почки на фоне сахарного диабета. С опытной анестезисткой провожу вводный наркоз - всё хорошо. Но больная внезапно становится серо-фиолетовой, и я не могу её «раздышать». Сестры, бывшие в операционной, начали кричать: « Больная умерла!!!», но уролог Валентин Ефимович Тупица громко сказал им: «Цыц!», а мне спокойно: «Серёжа, работай». Собравшись, я быстро вспомнил, что нужно делать при спазме бронхов, и вскоре больная начала розоветь. Теперь необходимо было дальше проводить наркоз, а у меня руки-то трясутся!..

Наркоз прошел успешно, урологи свое дело сделали. Когда мой старший коллега вернулся из отпуска, я ему всё честно рассказал о спазме бронхов. Он ответил: это был не спазм бронхов, а ларингоспазм (спазм голосовой щели), иначе бы больная умерла.

Вызов к прокурору

Неожиданно я получил повестку: явиться в городскую прокуратуру. Оказывается, подала заявление на лечащих врачей мать психически больного (шизофрения) молодого человека, которого я две недели тому лечил от отравления хлорофосом. Он с целью самоубийства выпил, по словам матери, около стакана хлорофоса, после чего в крайне тяжелом состоянии был доставлен в центральную городскую больницу.. Единственным доступным нам в то время методом лечения этих отравлений была атропинизация: введение большого количества атропина. Только после семикратного введения (ввели всего 21 ампулу атропина, собрав его со всей больницы) состояние больного стабилизировалось, и угроза его жизни миновала. Так как работа в палате реанимации велась на «общественных началах», помимо основной анестезиологической работы, то молодой человек с рекомендациями о дальнейшем лечении и наблюдении был переведён в психиатрическое отделение нашей больницы,... где через два дня внезапно умер. Уже после визита к прокурору я выяснил, что рекомендованная дальнейшая атропинизация в поддерживающих дозах была быстро снята и когда у него, на фоне редкого пульса, появились боли в области сердца, дежурный врач-терапевт ввел ему сердечный гликозид, лекарство, ещё больше урежающее пульс - и больного не стало. Не знаю, как оправдывался терапевт, но в дальнейшем (а таких отравлений у меня было ешё много) я жестко контролировал атропинизацию больных, где бы они после «палаты реанимации» ни лечились.

«Пить или не пить?»

23 февраля был обычным рабочим днём, а вечером я был приглашен хирургами на мужской вечер за город. Погуляли хорошо... Вернувшись, я принял дежурство (домашнее) на себя и в надежде, что пронесёт, уснул тяжёлым хмельным сном. Не пронесло. Через пару часов я понадобился в роддоме. Наркоз один из самых сложных: кесарево сечение, где отвечаешь за жизнь и ребёнка, и матери... Очнувшись к концу наркоза, спросил у анестезисток, всё ли было нормально, и признался, в каком состоянии был. «А мы ничего не заметили, - хором ответили они, - все было как обычно». - «Да, мастерство не пропьешь!» - была первая мысль.  «Повезло!» - была вторая. С тех пор в состоянии алкогольного опьянения я наркозов больше не проводил.

Хирург от Бога

Анестезиолог - заклятый друг хирурга. Как любили шутить хирурги семидесятых: «Мы вас породили, мы вас и убьём». Да, породили нас действительно хирурги, но убить уже не удастся, анестезиология прочно заняла свое место в медицине, а вот хирурги массово  разучились грамотно проводить местную анестезию.

А убить им нас хочется потому, что какую-то долю славы анестезиологи у хирургов забрали. В семидесятые годы эта доля была совсем маленькой: когда у родственников   больных   я   спрашивал,   кто   оперировал,   то   всегда   чётко называлась фамилия хирурга, а когда спрашивал, кто давал наркоз, то ответ был: беленький, чёрненький, с бородой и т. п. Сейчас, правда, получше: длительная борьба за «равноправие» какие-то плоды дала, но в основном материальные, а хирурги по-прежнему пытаются быть «старшими братьями» для братьев меньших - анестезиологов.

Но встречались исключения и в моё время. Валентин Борисович Муковозов - великолепный хирург, хирург от бога и при этом человек скромный, никогда не страдавший классической хирургической манией величия по отношению к больным и коллегам. Он умудрялся работать даже с заводским анестезиологом Витей, которого по-хорошему нельзя было подпускать к медицине на пушечный выстрел.  Оперировал Валентин Борисович («шеф», как я любил его называть) с одним (!) врачом - интерном (без стажа работы). Оперировал качественно и очень быстро, в полтора-два раза быстрее других хирургов города. Коллег уважал. На всю жизнь запомнилось: «Серёжа, ты что-то неважно сегодня выглядишь (перед этим я всю ночь провёл на срочных наркозах) - давай плановую операцию на желудке перенесём на завтра?» Естественно, завтра я с особым старанием провёл этот наркоз. В этом весь Муковозов. Такого никогда ни один хирург мне не говорил.

Вспоминается и другой случай. Накануне Нового Года «шеф» оперирует женщину с «острым животом» неясной причины. После вскрытия брюшной полости выяснилось, что у больной обширный мезентериальный тромбоз, почти весь кишечник почернел, омертвел. Обычно хирурги на этом и заканчивают операцию, обрекая больного на смерть, как неоперабельного. Шеф же не может не использовать даже маленький шанс, удаляет значительную часть кишечника, почти буквально соединив двенадцатиперстную кишку с прямой. Больная плохо выходила из наркоза, и «шеф» просит меня: «Серёжа, дотяни её хоть до Нового года, а то план по операционной смертности я уже и так перевыполнил». У тех хирургов, что не рисковали, операционная смертность, конечно же, была ниже. А то, что у них больше, чем у Муковозова, умирало больных без проведения операции, так это другая строка отчёта. Наша больная прожила ещё две недели после Нового года и в нынешнее время, когда лекарства для послеоперационных больных стали намного лучше, имела бы шансы выжить.

Эта часть записок не могла быть опубликована раньше. Её герой возражал бы из-за своей необычайной скромности. Но его уже нет с нами. Пусть этот рассказ будет светлой памятью о нём.

Сергей Симонов

Продолжение следует

 

 

Читайте также:



Комментарии:
Уважаемые посетители сайта! На протяжении длительного времени форум «Недели» был самой демократичной и открытой для дискуссий площадкой в нашем регионе. Но сегодня, когда социальное и политическое напряжение в обществе растет, а слово перестало быть просто словом, и становится пусковым механизмом для эскалации напряженности, мы вынуждены временно закрыть возможность комментирования.

Редакция «Недели» несет ответственность за весь контент сайта, и мы не хотим, чтобы неосторожные слова, сказанные на нём, стали причиной реальных конфликтов.

При этом сегодня нам как никогда важно ваше мнение обо всем происходящем. Мы предлагаем перенести споры, дискуссии, мнения в социальные сети - в наши группы ВКонтакте, Фейсбук, Одноклассники, Твиттер, где также доступны все наши новости.

Верим в скорое разрешение конфликта и желаем вам мира.



Видео
Украинский Щедрик идет по миру
     Новости









     Блоги
25 сентября 2014 года алчевский троллейбус встретил своё 60-летие. Официальных торжеств по этому по...
Патриотическое искуcство требует внимания. ...
Бойцы с полосатыми ленточками сделали то, что никогда бы не смогли даже самые лютые бандеровцы – фак...
О том , откуда берутся коллективных мифы и как работает считаное сознание ...
Немного пятничных котиков...
Удержаться не могу. Просто достали. Я ни на что не претендую. Выводы думаю, каждый сделает сам. ...
     Последние объявления
Новости от KINOafisha.ua
Загрузка...
Загрузка...
Курсы валют
Loading...