Новости / Слухи
«Неделя плюс» уже писала о первом советском камикадзе – выпускнике луганской школы военных пилотов Николае Гастелло, 26 июня 1941 года направившем свой горящий самолет на колонну немецких танков. «Огненный» таран Николая Гастелло стал одним из самых известных примеров героизма в годы Великой Отечественной войны. ? был неоднократно повторен советскими боевыми летчиками. Однако далеко не все из них получили высокое звание Героя Советского Союза и стали широко известны. Между тем, в числе советских камикадзе были и наши земляки – жители Луганщины.

«НЕ?ЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ»

Долгие 67 лет о подвиге летчика ?вана Баранова, уроженца города Ровеньки Ворошиловградской области, и месте его захоронения знали только однополчане и жители небольшого поселка Чернево Гдовского района Псковской области.

В мае 1944 года советский летчик над аэродромом, который располагался в Чернево, тараном сбил ведущего группы вражеских самолетов.

Песня самолета-истребителя

Я – «ЯК», истребитель, – мотор мой звенит,
Небо – моя обитель, -
А тот, который во мне сидит,
Считает, что он – истребитель.

В этом бою мною «юнкерс» сбит -
Я сделал с ним, что хотел, -
А тот, который во мне сидит,
?зрядно мне надоел!

Я в прошлом бою навылет прошит,
Меня механик заштопал, -
А тот, который во мне сидит,
Опять заставляет – в штопор!

Вот сзади заходит ко мне «мессершмитт», -
Уйду – я устал от ран!..
Но тот, который во мне сидит,
Я вижу, решил – на таран!

Владимир Высоцкий

Местные жители говорили о примерном месте захоронения летчика. Но фактических доказательств, что этот летчик покоится именно там, не было. До тех пор, пока информация не попала в поисковый отряд «Неизвестный солдат» Гдовского района, к командиру отряда Марату Фаляхиеву. По крупицам собрали сведения о летчике, последнем дне его жизни и похоронах, на которые пришла вся деревня. В конечном счете поисковики установили, что летчиком был ?ван Баранов – командир эскадрильи 14-го гвардейского истребительного авиационного полка 269-й авиационной дивизии 13-й Воздушной армии Ленинградского фронта.

«Прилетели наш аэродром бомбить «Ю-88», в сопровождении «Фоккеров». «Юнкерсов», наверное, штук двадцать пять и сопровождение, наверное, двенадцать ФВ-190.

У нас только одно звено успело взлететь, и бомбы уже сыпались. Ну и сразу в этой куче начался бой. Мы, которые не успели взлететь, с земли наблюдали. «Фокке Вульф» сверху вот так шел, а наш ?ван Баранов снизу, и примерно на ста-ста пятидесяти метрах сошлись друг против друга… Друг в друга стреляют. ? оба не свернули… Ужасно было. Взрыв такой силы!», – такие воспоминания о подвиге товарища оставил его однополчанин Владимир Мухмедиаров.
?ван Баранов за мужество, проявленное в боях, был награжден двумя орденами Красной Звезды и посмертно, за подвиг над Чернево, в Гдовском районе Псковской области, орденом Красного Знамени.

ДВОЙНОЙ ТАРАН

pamjatnik_letchikam_sovershivshim_vozdushnye_tarany_1
Памятник лётчикам-черноморцам, совершившим
воздушные тараны, в пос. Кача под Севастополем
На боевом счету Владимира Залевского, уроженца города Попасная Ворошиловградской области, – десятки сбитых самолетов и один так называемый «двойной таран». Он совершил его спустя месяц после подвига Николая Гастелло – 27 июля 1941 года – в небе недалеко от железнодорожной станции Чаща (Гатчинский район Ленинградской области).

Залевский атаковал вражеский «Юнкерс», тот попытался уйти. Наш лётчик продолжал атаки. Левый мотор вражеского бомбардировщика, выражаясь словами самого Залевского, начал «коптить».

– Ещё несколькими очередями я «успокоил» стрелка, – рассказывал потом сам Владимир, – а затем всадил в «Юнкерс» остаток патронов. Но он всё продолжал лететь. Вижу, уходит. Подскочил – и винтом по хвосту...
Вражеский бомбардировщик качнуло влево, однако лётчик оказался не промах – опять справился с повреждённой машиной. Тогда я полоснул его вторично, теперь уже не винтом, а крылом. После этого он наконец ткнулся в землю. Ещё немного, и я тоже последовал бы его примеру. К счастью, успел, не выпуская шасси, посадить свой изрядно подраненный «?шачок» (так наши летчики называли истребители «?-16» – ред.) на болото.

В очередном воздушном бою – 15 августа 1941 года разорвавшийся рядом с истребителем  Залевского зенитный снаряд повредил управление самолета. Лётчик попал в немецкий плен. Десять дней Залевского истязали допросами и пыткам. Потом повели на расстрел.

Вдруг из-за густой стены леса, прямо из облаков, вынырнули советские истребители. Залевский, с размаху ударив лопатой по голове замешкавшегося конвоира, бросился в лес. Более двух недель Владимир пробирался к своим.
Его возвращение стало праздником. На радостях даже забыли снять стенгазету, в которой была помещена обведённая траурной рамкой фотография Залевского…

Зимой 1943 года в газетах появился Указ о присвоении Владимиру Николаевичу Залевскому звания Героя Советского Союза.

Летом 1943 года на новом Як-7Б Владимир Залевский принял участие в боях на Курско – Орловской дуге. Свои последние победы Владимир Залевский одержал 5 июля 1943 года. В тяжёлом, неравном бою он сбил 2 самолёта, но и сам погиб. К тому времени на боевом счету Залевского числилось 17 немецких самолётов, сбитых лично, ещё 23 в групповых боях, то есть при таких обстоятельствах, когда точно не определишь, кто именно поразил врага.

В ВОЗДУХЕ ? НА МОРЕ

В послужном списке нашего земляка, уроженца города Рубежное Ворошиловградской области Василия Чернопащенко много воздушных побед. В первом же своем бою, в начале войны, он сбил вражеский «хейнкель», а в 1942 году  у Кавказского побережья таранным ударом уничтожил торпедоносец противника.
Начало войны Василий Чернопащенко встретил заместителем командира по летной подготовке 7-го истребительного авиаполка. В то время на долю летчиков выпали тяжелые испытания: враг имел превосходство в воздухе.
В апреле  1942-го  7-й  авиаполк  получил  приказ  прикрыть  с  воздуха  конвой  в  составе  танкера  «Валериан  Куйбышев»,  транспортных  кораблей  «Серов»  и  «Березина»,  эсминца  «Незаможник»  и  двух  сторожевых  ко­раблей.

За  час  до  наступления  сумерек  на  прикрытие  конвоя в  паре  с  сержантом  Леонидом  Севрюковым  вылетел  капитан  Василий  Чернопащенко.  Видимость быстро ухудшалась.  Силуэты  кораблей  почти  слились  с  морем  и,  чтобы  лучше  их  видеть  и  охранять,  самолеты  снизились  до  высоты  1000  метров.  Конвой  уже  прошел  траверз  Анапы,  когда  в  глубоких  сумерках  на  малой  высоте  летчики  обнаружили  два  вражеских  торпедоносца  «Гамбург-140».  В  завязавшемся  воздушном  бою  Чернопащенко  сбил  один  из  них.  В  этот  момент в  атаку  на  танкер  с  кормы  вышел  второй  вражеский  самолет.  Чернопащенко  ринулся  преследовать  его.  Торпедоносец,  маневрируя  на  малой  высоте,  лег  на  боевой  курс. Вероятно,  у  нашего  летчика  закончились  боеприпасы.  Тогда  винтом  своего  самолета  Чернопащенко  отрубил  торпедоносцу  хвост,  но  и  сам  вместе  с  истребителем  упал  в  море  и  погиб. За  таран  Чернопащенко  был  посмертно  награжден  орденом
Отечественной  войны  1-й  степени.

Морским летчикам во время войны приходилось, пожалуй, еще тяжелее, чем их «сухопутным коллегам»: ведь они действовали  над  водной  стихией. Морской  летчик,  решившийся на воздушный  таран,  понимал, что море  дает  меньше  шансов остаться  в  живых,  чем суша. Даже удачный  прыжок  с  парашютом и благополучное  приводнение не гарантировали  им  жизнь, особенно  при  попадании  в  холодную воду.  Многие  летчики  тонули  прежде,  чем  их  смогли  обнаружить  и  оказать  помощь.

Принято  считать,  что  летчики-черноморцы  совершили  восемнадцать  воздушных  таранов.  В  таранах  участвовали  двадцать  авиаторов:  восемнадцать  пилотов  и  два  других  члена  экипажа.  ?х  имена  увековечены  на  памятнике  в  Каче, под  Севастополем.

Память  Василия  Чернопащенко хранят и на Луганщине: его именем названа улица в Рубежном.

«Я, АС ГЕЙН, ?З ГРУППЫ «МЁЛЬДЕРС», ВЫЗЫВАЮ НА БОЙ»

Кузьма Новосёлов родился в 1919 году в деревне Климино, что на территории современной респуб­лики Марий Эл. Как и большинство мальчишек того времени, мечтал о небе. После окончания школы работал на кожевенной фабрике в Казани и одновременно учился в аэроклубе.

В 1941 году окончил ?ркутское военное авиационное училище лётчиков. Сражался на 1-м Прибалтийском, 3-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах. Летал на Як-7 «Советская Латвия». Осенью 1943-го группа из четырех Як-1Б в небе вблизи города Мценска Орловской области атаковала вражеские бомбардировщики, в числе наших пилотов был младший лейтенант Кузьма Новосёлов. Он сбил бомбардировщик противника. Затем атаковал второй «Юнкерс». Но вражеский самолет продолжал лететь. Тогда Новосёлов подошёл к нему вплотную и винтом отрубил ему хвостовое оперение. Затем, проскочив ниже строя бомбардировщиков, атаковал Me-109 (грозный «Мессер», «Мессершмитт»). Бортовое оружие отказало, и Новосёлов снова пошёл на таран. При ударе самолёт Новосёлова зацепился за «Мессершмитт», и советскому летчику пришлось воспользоваться парашютом. Немец тоже выпрыгнул с парашютом. Ещё в воздухе между ними завязалась перестрелка. На земле Новосёлов схватился с фашистом врукопашную. Ему на помощь пришли пехотинцы, которые скрутили немецкого пилота.

Однажды над аэродромом, где служил Новосёлов, молнией пронёсся Ме-109, и на поле стала спускаться чёрная точка. Это был парашют, к которому крепилось послание:

«Я, ас Гейн, из группы «Мёльдерс», вызываю на бой любого вашего лётчика и клянусь сбить его в течение 2-х минут. Бой должен состояться завтра в 6 утра на высоте 3000 метров».

Летчики решили принять вызов, в поединок должен был вступить Кузьма Новосёлов. 
Противники встретились в небе ровно в 6 утра. Патроны быстро закончились, снарядов осталось мало. Новосёлов пошёл на хитрость. Он решил показать, что «убегает» вниз, и оказался под фюзеляжем Гейна. Тогда, не теряя ни секунды, он в упор ударил из пушки по «Мессеру» и разнёс его вдребезги, а Гейн выбросился на парашюте и приземлился в расположении наших войск.
В штабе они встретились лицом к лицу...

«ЗНАМЕНА В?ДНЫ ОТЛ?ЧНО. ДА ЗДРАВСТВУЕТ НАША ПОБЕДА!»

?менно Кузьме Новосёлову выпала честь стать первым лётчиком, развернувшим над Берлином знамя Победы. Вот как описывает это в своей книге «Жизнь в авиации»
С.А. Красовский: «В ночь на 1 мая летчики сами готовили знамена...
В 12 часов 1 мая с немецкого аэродрома Альтено поднялись в воздух две группы самолетов. Под посадочными щитками «яка», на котором летел Новосёлов, находилось знамя. В 12 часов 25 минут наши самолеты на высоте восемьсот метров появились над самым центром Берлина. Новосёлов выпустил щитки. Высвободившееся кумачовое полотнище развернулось и плавно опустилось на рейхстаг...

Через несколько минут к Берлину подошла вторая группа истребителей...

Над Берлином гордо реяли алые стяги Победы, их видели наши офицеры и солдаты, завершающие разгром вражеского гарнизона. Радиостанция наведения с позывными «Залив – Булатов» передала летчикам:

– Знамена видны отлично. Да здравствует наша Победа!»

Пехота водрузила в общей сложности несколько знамен на Рейхстаг, описанный же случай –  был единственным в истории авиации, к тому же флаги, которые развернули летчики над поверженным вражеским логовом, были самыми большими – 6 метров длиной.

А Кузьма Новосёлов продолжал громить фашистов. Свой последний вражеский самолет он сбил 8 мая  1945 года над Дрезденом.

К концу войны летчик совершил более 150 боевых вылетов, в 37 воздушных боях сбил 16 самолетов противника лично и 5 – в группе. 27 июня 1945 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с врагами, удостоен звания Героя Советского Союза.

После войны продолжил службу в военно-воздушных силах. Во время войны в Корее его самолет был обстрелян и загорелся, летчик катапультировался, получив множественные травмы. В июле 1953 года гвардии подполковник  Кузьма Новосёлов уволился в запас по болезни. Жил в Ворошиловграде. Награждён орденами Ленина, Красного Знамени  дважды, Отечественной войны 1-й степени, медалями. Умер 20 марта 1985 года. ?мя Кузьмы Васильевича Новосёлова носит улица в Ленинском районе Луганска.

Валерий Снегирев